Авторизация все шаблоны для dle на сайте newtemplates.ru скачать
 

Загадка высоты 340,6

Три скифских кургана слева от шоссе Ивановка–Малониколаевка, расположенные между бывшей немецкой колонией Фромандировка (ныне Степное) и хутором Широкий (ныне не существует), на военных картах РККА и вермахта обозначены как «высота 340,6». Именно у этих курганов была написана самая трагическая страница Дебальцевского рейда – гибель штаба 7-го гвардейского кавалерийского корпуса, легендарного командира 16-й гвардейской кавалерийской дивизии генерал-майора М. М. Шаймуратова, сотен конников и пленение командира корпуса генерал-майора М. Д. Борисова.

В конце февраля 1943 г. 7-й гв. кавкорпус (бывший 8-й кавкорпус) в составе 14-й, 15-й, 16-й гв. кавдивизий (соответственно бывших 21-й Алтайской, 55-й Ферганской, 112-й Башкирской) и отдельных воинских частей, которыми был усилен корпус, – зенитной, минометной, артиллерийской и мотоциклетной, выполнив боевое задание в тылу врага в районе Дебальцево–Чернухино, пробивался из рейда на соединение с войсками 3-й гвардейской армии Юго-Западного фронта. Двухнедельный марш в исключительно тяжелых погодных условиях, в беспрерывных боях имел огромнейшее значение. В эти дни войсками 3-й гв. армии был освобожден крупнейший индустриальный город Донбасса – Ворошиловград (ныне Луганск), а линия фронта продвинулась на сотню километров вперед. Дорога домой для кавалеристов была накрепко перекрыта немецкими войсками. Необходим был прорыв, который предприняли главные силы корпуса ранним утром 23 февраля 1943 г.
Экспедиции по местам боевой славы 7-го гв. кавкорпуса на земле Луганщины для сотрудников Луганского краеведческого музея давно стали неотъемлемой формой в изучении истории Дебальцевского рейда. Но состоявшаяся в последние дни уходящего лета экспедиция стала особенной. Ее инициировала и организовала делегация из Башкортостана в составе И. Х. Сагитова, Р. М. Ахмадинурова, И. З. Бикбаева, а также представителей поискового движения республики В. С. Волкова и В. В. Мишнякова. От Луганского краеведческого музея в экспедиции участвовала исследователь С. В. Трошина.
Участники экспедиции прошли маршрутом выхода из рейда главных сил корпуса – частей 15-й, 16-й гв. кавдивизий – из района Юлино-1 в направлении высоты 340,6, к хут. Широкий и далее к Романовой балке. Конечная точка маршрута – пос. Штеровка.
Выжженные летним зноем дороги увлекли поисковиков в путь. Окружающая местность мало изменилась с тех самых пор, когда по этим же степям прорывались из окружения части и подразделения кавкорпуса, разве только вдоль дорог выросли деревья, а балки густо заросли кустарником. Такие же ровные степные просторы, густо изрезанные балками и оврагами, перемежающиеся высотами, бесконечно простирались до горизонта. Исследователи пытались примерить на себя обзор окружающей местности, расположение ключевых точек – населенных пунктов, высот, дорог, балок и позиций противника. Однако невозможно было представить себя утопающими, порою по пояс, в снегу в морозно-млечной мгле пешими, на лошадях, в обозах с ранеными, обессиленными, обмороженными того тяжелейшего дня 25-й годовщины Красной армии.
Поклонившись братскому захоронению конников в хуторе Степной (бывшая немецкая колония Фромандировка, основанная еще во времена Екатерины II), экспедиция устремилась к Юлино-1 (также бывшей колонии). Сейчас на месте Юлино-1 находится поле, и несведущему человеку трудно визуально определить следы когда-то бурлившей здесь жизни, но исследователи из Уфы В. В. Мишняков и В. С. Волков в подробностях описали место, где в предрассветной тьме 23 февраля 1943 г. прошло последнее совещание в штабе корпуса, и командиры получили приказ комкора на прорыв. Двигаясь к высоте 340,6 (трем курганам), поисковики в обсуждениях реконструировали движение левой колонны, в состав которой входил штаб корпуса, представляли, как справа двигались обозы 16-й гв. кавдивизии от бывшей колонии Юлино-2, предполагали место пересечения этих колонн. Вскоре достигли высоты. Три кургана – это три скифских ритуальных сооружения, каждое высотой от трех до пяти метров, а в диаметре до 10 метров. Именно здесь произошла трагедия. По одной из версий гибели генерала М. М Шаймуратова, он вместе с группой охраны, в составе которой по разным данным было от шести до 12 человек, первым преодолел высоту и выехал на поле, ограниченное справа дорогой Ивановка–Малониколаевка, слева – истоком балки Редькина, а сзади – проселочной дорогой от высоты 340,6 до хут. Штеровка. В эту же зону фактически проскочила основная часть штаба корпуса. До позиций вермахта оставалось от 50 до 150 м – катастрофа была неизбежной.
Исследователи остановились, поклонились священному месту гибели героев, набрали две горсти земли: одну для музея 112-й Башкирской (16-й гв.) кавдивизии в Уфе, другую для музея села Шаймуратово Кармаскалинского района – родины М. М. Шаймуратова.
По замыслу организаторов экспедиции, поисковики из Луганска и Уфы должны были пройти по данному участку, визуально оценить, что могли видеть бойцы, которые успели остановиться у трех курганов, пройти маршрут от возможного последнего боя генерала М. М. Шаймуратова до Романовых скал в Романовой балке у южной части восточной окраины хут. Штеровка.
Группа продолжила движение вдоль бывшей дороги от высоты 340,6 на север, примерно 10 км. По маршруту все косвенно напоминало об ожесточенности тех боев. Цепкие глаза специалистов мгновенно вычленяли следы войны: в борозде перепаханного поля – осколок снаряда, на дороге – осколок мины, торчавший из земли фрагмент ржавого железа – тоже осколок. Все это на небольшом участочке, просто на поверхности земли, – через 75 лет после войны!
Одной из загадок трагедии рейда является тот факт, что штаб корпуса и колонны не повернули от трех курганов на хут. Широкий, как предписывали указания штаба фронта. Поворот именно от высоты 340,6 должен был быть резким – на 90 градусов вправо – с броском через дорогу Ивановка–Мало-Николаевка. В журнале боевых действий 7-го гв. кавкорпуса четко написано о таком распоряжении: выходить именно на Широкий, прорывать оборону противника с тыла и двигаться на соединение с частями 3-й гв. армии. Однако штаб корпуса не только не остановился у трех курганов, а ускорил движение, обогнав основные силы 15-й и 16-й гв. кавдивизий, тем самым попав в огненный мешок. Почему так случилось? На этот вопрос исследователи пытались найти ответ в ходе экспедиции. Владимир Волков в деталях рассказал группе о том, что в районе хут. Широкий и балки Широкая, если и были, то очень небольшие фашистские заграждения, которые никак не помешали бы прорыву конников. Но случилось так, как случилось.
По мнению Виктора Мишнякова, одной из причин трагедии могла быть путаница в обмене информацией между генералом М. Д. Борисовым (командир 7-й гв. кавкорпуса) и полковником М. Л. Порховниковым (командир 259-й стрелковой дивизии). Предположительно, разговор между ними состоялся еще ночью 22 февраля, когда корпус был в пос. Владимировка (несколько км юго-западнее Юлино). Возможно, что М. Л. Порховников доложил М. Д. Борисову, что бойцами 259-й сд отбиты строения совхоза Петровский, что подтверждается и журналом боевых действий 259-й сд.
Готовясь к экспедиции по местам боев кавкорпуса, исследователь В. Мишняков детально изучил топографические карты РККА и вермахта, датируемые 1943 годом, о чем увлеченно рассказал членам экспедиции. Обнаружилась удивительная деталь: совхоз Петровский имел несколько отделений или сооружений. На военных картах совхоз подписан в двух местах: первая часть – южнее Малониколаевки, в балке Ольховая (именно эти строения отбили бойцы 259-й сд – «восточные» сооружения), а вторая – как раз в начале балки Редькина (во многих воспоминаниях это место называется сухой дол), и именно там находились позиции 574-го полка 302-й пехотной дивизии вермахта, на которые выскочили штабные подразделения корпуса и были уничтожены (это «западные» сооружения совхоза). Вероятность того, что командование просто перепутало месторасположение с-за Петровский и его отделения, прослеживается и в картосхемах М. П. Бондаренко (начальника штаба 14-й гв кавдивизии, исследователя рейда 60–70-х гг), когда на одних схемах он рисует с-з Петровский справа от дороги Ивановка–Малониколаевка («восточный»), а на других – слева («западный»), а это уже позиции вермахта. Видимо, предыдущие исследования рейда не установили истину, и схемы, где есть обе надписи совхоза, – нет. Командование корпуса, предположительно, было уверено, что именно совхоз Петровский (слева от дороги – «западный») занят нашими войсками. Поэтому они так легко, не дожидаясь прикрытия, проскочили поворот у трех курганов на хут. Широкий и устремились вдоль левой стороны дороги Ивановка–Малониколаевка прямо навстречу гибели.
А возможно, это предательство или ошибочное действие проводников, чему также есть косвенное подтверждение. В письме (дата неизвестна) краеведу Г. И. Иващенко бывший командир 15-й гв. кавдивизии И. Т. Чаленко написал: «… В 4 часа ночи-утра прибыл ко мне на мой командный пункт командир 7-го гв. кавкорпуса со штакором (штабом корпуса). Я ему тут же доложил обстановку. Это было в ночь с 22-го на 23 февраля 43-го года. С Борисовым прибыл, как он себя назвал, – партизан и член КП по фамилии Редькин, который доложил, что знает участок, где не занят войсками фронт обороны немцев. Борисов приказал ему вести штакор в этом направлении и через 30 минут убыл из моего командного пункта в юго-восточном направлении. Через два часа после убытия штакора с усиленной охраной, в том числе заместителя командира корпуса генерала С. И. Дудко и командира 16-й гв. кавдивизии генерала Шаймуратова, ко мне прискакал мл. лейтенант 16-й гв. кавдивизии и доложил, что штакор полностью погиб. После чего я решил взять командование на себя и в течение 23.02, весь день, вел ожесточенный бой с немцами. Прорвал фронт в районе Широкого, Журавлевки, Колпаково, и к утру 24.02 15-я и 16-я гв. кавдивизии, корпусные подразделения вышли к своим частям 3-й гв. армии Люлюшенко».

Продолжение в следующем номере газеты

скачать dle 11.3
Оставить комментарий
  • Комментируют
  • Сегодня
  • Читаемое
Мы в соцсетях
  • Вконтакте