Авторизация все шаблоны для dle на сайте newtemplates.ru скачать
 

За шаг до Победы. К 119-й годовщине со дня рождения командира 54-го гв. кавполка Дмитрия Ефимовича Романенко

Продолжение. Начало в № 41
Находясь на службе в летних лагерях в Оренбургской области, неподалеку от с. Гирьял, Дмитрий встретил свою любовь и судьбу – Любовь Григорьевну Хопренинову 1909 г. р. из яицких казаков. Семья хранит прекрасную легенду-быль о том, как молодой Дмитрий Романенко, увидев красавицу, просто посадил ее на своего коня и увез. 18 января 1928 г. они поженились, об этом нам рассказало пожелтевшее от времени свидетельство о браке. Первые их трое мальчиков умерли еще во младенчестве, но затем в 1934 г. родилась дочь Людмила, в 1937 г. – сын Юрий, а в 1940 г. – дочь Ирина. Трепетное отношение к семье читается в уцелевшем письме Дмитрия Ефимовича: «С Новым годом, Любочка! С новым счастьем, моя хорошая! В новом году желаю тебе большого успеха и огромного счастья! … Целую крепко своих девчонок – Любу, Люду, Иру, и хлопчика Юру. Ваш Дмитрий». Заботу и нежность о родных он пронесет через всю свою жизнь.

В 1936 г. Д. Е. Романенко было присвоено очередное звание – капитан, а в 1940-м – майор. В аттестационном листе отмечено: «… По личным качествам волевой, решительный, дисциплинированный. В работе усидчив и настойчив. К подчиненным требовательный».
Начало Великой Отечественной войны Дмитрий Ефимович встречает в должности командира 128-го кавполка 17-й кавдивизии Закавказского военного округа (ЗакВО). В августе 1941 года майор принимает командование 12-м кавполком 1-й кавдивизии 15-го кавкорпуса все того же ЗакВО. Проследив боевой путь корпуса и дивизии, мы узнаем, что в то время, когда немцы усиленным маршем двигались к Москве, части Красной армии стояли под Тегераном, в том числе и подразделение Д. Е. Романенко. Советские войска совместно с британскими принимали участие в операции «Согласие» в Иране. Красная армия вступила в Иран с очень важной миссией, закрывая возможность фашистской Германии добраться до нефтяных промыслов Каспия и атаковать СССР с южной границы. Мало кто об этом знает, разве только посвященные специалисты. Орденов за ту операцию не давали. Но это было. По словам Олега Краснова, потомка героя, «до весны 1942 года Дмитрий Ефимович воевал в составе группы советских войск в Иране, где по воспоминаниям мамы даже был комендантом какого-то города, и привёз оттуда персидский халат и кофейный сервиз».

В июне 1942 г. Д. Е. Романенко отправляется на курсы усовершенствования командного состава (КУКС) в Москве, которые успешно заканчивает через 2 месяца. В августе 1942 г. в качестве командира 67-го горно-кавалерийского полка вливается в 21-ю горно-кавалерийскую дивизию 8-го кавкорпуса (14.02. 1943 г. преобразованы в 54-й гв. кавполк 14-й гв. кавдивизии 7-го гв. кавкорпуса). С этой дивизией он пройдет боевой путь до своего последнего часа.
У храброго, волевого и принципиального командира были сложные взаимоотношения с высшим начальством, в частности с командиром дивизии. Например, в декабре 1942 г. генерал-майор Н. П. Якунин даже требовал расстрела своего командира полка. Майор Романенко, убедившись в бессмысленности сопротивления против превосходящих в несколько раз сил противника, отдал приказ уцелевшим бойцам отойти с хут. Паршин на левый берег р. Чир и закрепиться. Тем самым он нарушил приказ. В это время противник занял хут. Паршин. Однако на защиту Романенко стал военный прокурор Каравицкий. Он не нашел в действиях комполка состава преступления, о чем свидетельствуют материалы расследования от 06.12.1942 г.: «… 2-й и 3-й эскадроны при наличии 20 чел., причем из них 13 чел. убитыми, с таким превосходящим количеством противника удержать хут. Паршин не могли. Подбросить больше сил для обороны хут. Паршин командир полка Романенко не имел возможности, так как остальные его эскадроны занимали оборону на очень важном участке. Поэтому не нахожу основания по данному случаю возбуждать уголовное дело за отсутствием преступления». Начальство согласилось с выводами прокурора, хотя в документе есть примечание без подписи и даты: «Основание есть! Отступили без приказа».

По мнению исследователя боевого пути 7-го гв. кавкорпуса В. А. Бабкина из Алчевска, «Д. Е. Романенко действительно несколько раз оставлял позиции по собственной инициативе, без приказа свыше. Он никогда не шел на бессмысленный риск, не принимал конъюнктурных приказов, за которыми угадывались штабные игры, а расплачивались рядовые солдаты. Будучи потомственным шахтером, он с детства приучен был принимать самостоятельные решения, руководствуясь своим здравым смыслом. В то же время, он был хорошо знаком с военной дисциплиной и понимал, что открытое сомнение в целесообразности некоторых приказов может привести к плачевным последствиям. Будучи командиром полка, он нашел «золотую середину» между настоящим и неподдельным героизмом и бессмысленным идиотизмом, на который была богата война. Необходимо заметить, что за всю свою карьеру Романенко ни разу не подставил под удар своих товарищей, соседей. Если его действия имели смысл, он держался до конца. Если же он видел, что люди погибают зря, и их гибель не несет никакой пользы для дела, он самостоятельно, на свой страх и риск, прекрасно осознавая последствия такого решения, отдавал приказ на отход».
Мудрый и бесстрашный командир прошел со своим полком Воронежский, Юго-Западный, Центральный, Белорусский и I Белорусский фронты. Ордена и медали ярко отражают этапы его боевого пути. В боевой характеристике героя отмечено: «Самостоятельный, инициативный боевой командир. В боях показал личную отвагу, храбрость и мужество. Решителен, смел, в быту скромен.
В боях 26.09.1942 г. и 2.10.1942 г. сам водил свой полк в качестве танкового десанта на опорный пункт немецкой обороны Ольховатка, где две линии обороны, трижды при этом пересаживаясь из танка в танк (так как последние были подбиты), руководил боем. Будучи контужен, поля боя не покинул, а продолжал руководить подразделениями ...
В боевых операциях с 19.10.1942 г. под его руководством полк умело громил отступающие немецкие и румынские части, ведя с ними сложные бои, находясь в окружении и при выполнении задачи несения службы кавалерийской завесы на широком фронте…
С 13.02 по 19.02.1943 г., действуя в рейде в тылу у противника, полк под его руководством в районе Чернухино и с-за Демченко выполнял сложные задачи, прикрывая действия главных сил корпуса. В этих боях 54-й гв. кавполк показал образцы мужества, стойкости и упорства в бою…»
22 июля 1943 г. Дмитрий Ефимович Романенко получает очередное звание – гвардии подполковник, а в июле 1944 г. занимает должность заместителя командира 14-й гв. кавдивизии по тылу. 2 февраля 1945 г. гв. подполковник Д. Е. Романенко получает звание – гвардии полковник, в апреле занимает должность заместителя командира кавдивизии по строевой части.
За это время 67-й кавполк за проявленную отвагу в боях за Отечество с немецкими захватчиками, за стойкость, мужество, дисциплину и организованность, за героизм личного состава был преобразован в 54-й гв. кавполк (14.02.1943); за массовый героизм личного состава и успешное выполнение боевых операций награжден орденом Красного Знамени и орденом Александра Невского, за взятие города Томашов
получил наименование Томашовский (19.02.1945); за отличие в боях с немецко-фашистскими захватчиками награжден орденом Суворова III ст. (26.04.1945); награжден орденом Ленина (28.05.1945).
Чем ближе подходили советские войска к Берлину, тем ожесточеннее становились бои. Обстановка на фронте говорила о том, что еще немного, и враг будет уничтожен в собственной цитадели, но противник жестоко сопротивлялся. Многие сотни тысяч бойцов и командиров погибли за шаг до Победы. В ходе Висло-Одерской операции I Белорусского фронта 7-й гв. кавкорпус одним из первых форсировал р. Одер, захватил Кюстринский плацдарм и ворвался в Бранденбургскую провинцию. В последние апрельские дни 1945 г. 54-му гв. кавполку в составе 14-й гв. кавдивизии предстояло штурмовать г. Ратенов. Это был последний бой дивизии в войне, последним он оказался и для Дмитрия Ефимовича Романенко. Эти события описал в своем послевоенном письме жене Дмитрия Ефимовича – Любови Григорьевне – полковой врач: «Это было под г. Ратенов за Берлином 25 или 26 апреля 1945 г. Мы подошли к окраине города. Командиром полка тогда был у нас гв. подполковник Строгалев. В это время приехал к нам из дивизии в качестве наблюдателя и руководителя этим боем гв. полковник Романенко. Он приветливо поздоровался с нами и приказал подтянуть провода телефонов из полков в кювет над дорогой. В кювете рядом с ним легли 3 майора, они выполняли роль офицеров связи при гв. полковнике Романенко. Рядом лег и я. В это время в нашем тылу поднялась артстрельба. Позвонил телефон, сообщили, что имеются раненые. … Перевязав пострадавших бойцов и сержантов в тылу, я сразу же вернулся на командный пункт, но по пути встретил санитарную линейку. Везли раненого гв. полковника Романенко. Я остановил линейку, посмотрел на раненого. Дмитрий Ефимович был в полном сознании, повязка на животе была наложена правильно… Операцию ему делали крупные корпусные специалисты. Командир дивизии Г. П. Коблов не отходил от палатки и очень волновался. После операции Дмитрий Ефимович спросил меня: «Я буду жить?» «Конечно, будете»! – ответил я, а он мне и говорит: «Давай попрощаемся, Толя, я умру». Зашел генерал Коблов, попрощался с ним и сказал: «Если что не так, прости меня, Романенко». Вскоре гв. полковника не стало. Когда я вернулся в полк, то выяснил, что стрелял фашист, засевший на сосне недалеко от наблюдательного пункта. Он убил Вашего мужа и троих майоров».
Так, за несколько дней до Победы не стало Д. Е. Ро-маненко. Похоронили его в г. Кюстрин (ныне польский г. Костшин), около реки Вислы, ниже Варшавы по течению реки. Не вернулся он к своей Любочке.
Любовь Григорьевна Романенко сама поставила на ноги детей, помогла воспитать внуков и правнуков. В послевоенные годы приложила много сил, чтобы узнать правду о гибели и месте захоронения мужа. Ее письма с просьбой рассказать подробности о боевом пути Д. Е. Романенко, его наградах и гибели мы нашли в архивах краеведов Чернухино, Красного Луча. Адресовала она их бывшему начальнику штаба 14-й гв. кавдивизии М. П. Бондаренко в г. Киев, ординарцу Дмитрия Ефимовича Г. Я. Куприянову в г. Москву. И только в 1968 году, через 23 года после гибели мужа, получила письмо полкового врача, который в подробностях описал судьбу Дмитрия Ефимовича. Передав память о нем своим детям и внукам, 10 июля 1995 г. Любовь Григорьевна тихо ушла.
Внуки продолжили поиск современного захоронения своего деда: делали запросы в военный и медицинский архивы, польский Красный Крест, обращались в администрации городов. Дело в том, что в послевоенные годы повсеместно происходило укрупнение воинских кладбищ, и останки погибших могли быть перенесены из одного места в другое, и часто в соседние населенные пункты. Так случилось и с могилой Д. Е. Романенко. Родным пришлось в течение четырех лет устанавливать место перезахоронения. Поиски не прошли даром, и архивы указали кладбище советских воинов в польском г. Гожув Великопольский. Потомки добились восстановления утраченной надписи на надгробии. Но знакомство с польским сотрудником музея г. Костшин на Одра Bartlomiej Suski, который более тщательно изучил акты перезахоронения, помогло в конце концов установить истинное место – мемориальное кладбище советских солдат в
г. Мендзыжеч Любушского воеводства, что в 40 км от Гожува Великопольского. Там в 112 братских могилах лежат останки 2 074 воинов, среди которых в могиле № 80 покоятся останки и Дмитрия Ефимовича Романенко.
Выходя из глубокого Дебальцевского рейда в феврале 1943 г., Дмитрий Ефимович Романенко не смог заехать в свою родную Штеровку, там стояли штаб и крупная группировка врага. Существуют воспоминания М. П. Бондаренко о том, что полк совместно с танками 1-го гв. мехкорпуса генерала И. Н. Руссиянова даже пытался атаковать этот опорный пункт, но силы были слишком неравными.
Благодарные местные жители поселка чтут память своего земляка и других воинов, сложивших головы за свободу родного края. В центре населенного пункта на площади создан мемориал, увековечивающий память уроженцев Штеровки, погибших на фронтах Великой Отечественной войны. На одной из плит надписаны фамилии Д. Е. Романенко и С. Е. Романенко (брата нашего героя). Сохранился дом, в котором жил Дмитрий Ефимович, в нем и сейчас живут дальние родственники. Мемориальная доска напоминает, что именно в этом доме родился и вырос будущий полководец.

Память – это тонкая ниточка, связующая людей из разных поколений, городов и стран. В этой статье она объединила исследователей Луганского краеведческого музея, потомков героя из Москвы и Санкт-Петербурга, поисковиков Уфы, Алчевска, краеведов
п. Чернухино, г. Красный Луч, п. Штеровка и редакцию газеты «Красный Луч». Благодаря совместной и кропотливой работе память о боевом командире Дмитрии Ефимовиче Романенко продолжает жить.
И как поется в песне 54-го гв. кавполка, –

«Пробивая вражью стенку,
В бой за право на земле
Подполковник Романенко
На лихом летит коне».

Светлана Трошина,
мл. научный сотрудник ГУК «ЛКМ»
скачать dle 11.3
Оставить комментарий
  • Комментируют
  • Сегодня
  • Читаемое
Мы в соцсетях
  • Вконтакте